Category: животные

(no subject)

Опубликовано на сайте www.krylov.cc

Запись из Фейсбука К. Крылова

22 September 2019, 01:23 UTC
У Sergey Oboguev цитата из античного автора:
Крокодил (я могу сказать, что узнал эти факты в дополнение к тем, что я уже сообщил об этом животном) от природы робок, предрасположен ко злу и совершенно отвратителен. Он бдит чтобы схватить или замышлять против своих жертв, но он боится любого шума и пугается даже громких человеческих криков, и впадает в панику, если кто–то смело нападает на него.
Какая прекрасная и глубокая характеристика.

(no subject)

Опубликовано на сайте www.krylov.cc

Ответ на вопрос.
Вопрос. Простите, а что такого хорошего для русских есть в БТ ДЕГа? Это же кладезь русофобии. Вот например: "«Глупость и абсолютная бессмысленность русского человека приводит к очень сильной воспроизводимости ситуации.» Я правда пока треть прочитал, но не знаю, стоит ли заканчивать. Что такого вы нашли там для себя "освобождающего"?
29
3


Ответ.

Ага, а дальше выруливает вот так - "Поэтому евреи, запутавшись в русскую историю, "вплёвшись" в нее, уже от русских не отделаются". И дальше, распрямляя свёрнутое жало - 


Уже само по себе существование еврея для русского есть издевательство: "Как еврей? Почему? Зачем? Как вы живёте! Как же так можно!!!"
Но существование русского для еврея это уже нечто неслыханное. Это какая-то мировая несправедливость. И мировая несправедливость, с которой непосредственно столкнулось его личное существование. У немцев к русским ненависть вообще, абстрактная, а у евреев – глубоко личная, интимная. Как к Христу. Они даже теряют всю свою осторожность и прямо, в лицо, сами не замечая, проговариваются.


Вот что пишет, например, автор "Истории еврейского народа" С.М.Дубнов о хасидистских оргиях:


"То не было бессмысленное пьянство русского крестьянина, превращающее человека в животное; хасид пил – в более умеренных дозах – "для души", чтобы "прогнать печаль, отупляющую сердце", усилить религиозную восторженность, оживить общение с единомышленниками".
А русский, значит, чисто машинально самогонку из корыта лакает.
Из "Дневника писателя" Достоевского:


"Если уж зашла речь о предрассудках, то как вы думаете: еврей менее питает предрассудков к русскому, чем русский к еврею? Не побольше ли? ... у меня перед глазами письма евреев, да не из простолюдья, а образованных евреев, и – сколько ненависти в этих письмах к "коренному населению"! А главное, – пишут, да и не примечают этого сами".


Это злоба семита-охотника. Он загоняет кабана в ловушку, а тот, необъяснимо почему, не идёт. Ариец бы огорчился, но и отождествил себя со зверем: "Ай, хорошо, ай, молодец! Ловко!" Это чувство хорошо подметил Мережковский, говоря о персонаже толстовских "Казаков":


"Да, он не только "знает", но и "жалеет", "любит" зверя. Потому и знает, что любит. Он любит и того кабана, за которым охотится в камышах и которого убьёт. Вот чисто арийское противоречие; вот живой, животный изгиб переплетённых веток в арийской заросли, чуждый и непонятный простому, правильному, как черта горизонта, беспощадно-прямолинейному и пустынному духу Семита".


Для семита ускользнувший зверь – тупое ничтожество, шут, дурак. Будь он проклят во веки веков, чтоб у него клыки в мозг вросли, чтоб его язык покрылся язвами, чтоб его глазки выдрало колючками, а шкура потрескалась гноящимися ранами. Кто виноват? – виноват не охотник, он всё рассчитал. Виновата грязная скотина. И ведь не специально, не то чтобы разгадал ловушку – тут ещё не так обидно, здесь утешительная объяснимая объективность. А он просто "в дурь попёр". Сделали засаду в дубовой роще у источника, а он взял и проспал весь день. Русский, делая "злые вещи", сам превращается в "злое животное", непредсказуемое. Русские как будто и выдуманы для издевательства над евреями.


Текст "Тупика" - европейский. Состоит он из приёмов, финтов, ложных ходов, обманного блеска - и точных попаданий "в конце посылки". 


Научиться, кстати, можно, если понимать, как это строится. Вот, например: 


«Русские – рабы по природе». «Рабы и покорные слуги». Если это сказать русскому, он, скорее всего, согласится. Ну да, рабы, ну да, слуги. Но для него эти слова означают что? Следование правилам вежливости, принятым в родном для нас веке Просвещения. «Ваш покорный слуга такой-то с неизменным почтением». «Ваш покорный раб».


И это было европейской нормой великой эпохи. Французская «Революция», деланная на английские деньги и по английским лекалам, с этими «слугами» и «рабами» беспощадно боролась. "Братство" с неизбежностью обращалось панибратством. Вводились специальные нормы республиканской вежливости – например, тыканье (декретом от 8 ноября 1793 года аристократическое «вы» упразднялось), амикошонство. Под песенки-чудесенки – «мы не рабы, рабы не мы». Что закономерно довело до «мон шер ами» на заснеженной русской дороге, со вкусом дохлой лошади во рту. До сих пор ту мёрзлую конину из зубов повыковырять не могут. 


Так что на «рабов» и «слуг» нужно отвечать по-русски. «О да, я ваш покорный слуга, пан Кшепетюньский, соблаговолите же проследовать во двор, где мы сможем продолжить наш увлекательный диалог». Блестит эфес русской шпаги, маленькая дырочка на рубашке противника, расползающееся красное пятно. Разбросанные руки-ноги, дыхание Чейн-Стокса. «Благодарю за оказанную честь, пан Кшепетюньский». 


Это так, риторическое упражение. "Как можно тему вывернуть". 

КРЫСА. Этимологизация (1)

Академический журнал "Древняя Русь. Вопросы медиевистики" (Институт Славяноведения РАН) опубликовал небольшую работу: К.А.Максимович "Польское влияние в русской лексике 17 века: К этимологии слова крыса" (2011, № 3). Её текст вновь обращает внимание лингвистов на это слово.
Текст этот очень полезен для введения любителей русского языка в понимание проблемы, а потому (хотя текст можно найти в Сети, в свободном доступе) перепечатываю его здесь.
Итог этой работы ("предположение" или "мнение" автора) ошибочен, как и некоторые обоснования этого итога. Но его стоит сравнить с другими - учёными и любительскими - этимологизациями слова крыса.
"Слово в этимологическом отношении очень трудное", - написал проф. П.Я.Черных в своём "Историко-этимологическом словаре" (М.1994). Оно "просто" лишь "для школьников" (Н.М.Шанский, 2004, и мн. др.): Крыса, - буквально, "грызун", оно - его "глухой дублет".
Лингвисты ищут этимологию этого русского слова в самых разных языках, - в албанском, в тохарском, в иранских диалектах ... Ухитряются увидеть его корень даже в арабском слове "гуруш" (деньги). Известный всем Чудинов производил "крысу" от понятий "покрывать" и "скрывать", по разному толкуя полученные им результаты.
Итак, на сегодняшний день остаётся согласиться с М.Фасмером: для слова крыса "ни одно из существующих толкований не достоверно".
"Мнение" К.А.Максимовича тоже неудовлетворительно. Слово крысакрыса - по Далю - "в народе - гад, гадина, гнус, касть, пакостиша, поганка, плюгва") Максимович производит "из польского женского имени Krystyna, в уменьшительной форме Krysia". Максимович чувствует диссонанс в своём предположении, но он всё же пытается найти аргументацию невозможному, - тому, что мерзкий вредитель получил своё имя "посредством придания ему женского христианского имени в уменьшительно-ласкательной форме".
И всё же - повторим - эта работа К.А.Максимовича ценна тем, что автор чётко выделяет два важных для этимологизации момента: 1) принадлежность этого слова "только русскому языку"; 2) его позднее появление в языке".
Итак, текст К.А.Максимовича.
-------------------------------------
"Русское слово крыса в значении "животное отряда грызунов Rattus norvegicus, Rattus rattus" относится к числу слов с непрояснённой этимологией.Collapse )
---------------------------------- конец текста К.А.Максимовича ------------------------------------------
----------------------------------------------------------------------------------------------------------
Об истинной этимологизации слова КРЫСА - позже.
Кстати! не могу выяснить: кто ввёл слово КРЫСА в большую русскую литературу? Неужели Гоголь в "Ревизоре"?
NB! В черновике 5-й главы "Евгения Онегина" (1826 г.) филологи нашли слова "Там крысьи лапки". Явно, для "сна Татьяны".
Возможно, что "крысы" Гоголевского "Ревизора" появились под впечатлением истории известного проходимца, - того, о котором гр. Бенкендорф в своём циркуляре написал: "(...) Роман Медокс, сын бывшего содержателя московского театра, английского жида Медокса, бежал (...)".